Tags: байки из операционной

бабочки в банке

Байки из операционной

Говорю хирургу:
- Я вчера смотрела видео операции на мозге! Оказывается, мозг пульсирует!
Хирург:
- Да.
Я:
- А вот если открыть брюшную полость, органы там тоже двигаются?
Хирург:
- Да.
Я:
- Блин, ну как это резать-то неудобно, все двигается.
Хирург (философски):
- Если не пульсирует, то и оперировать уже ни к чему...

Пациентка упорно не желает отрубаться и все время задает вопросы, я терпеливо на все отвечаю.
Внезапно она интересуется:
- А сколько человек в операционной?
Я посчитала и отвечаю:
- Шесть.
- Как на Евровидении, - с гордостью замечает пациентка)))
красные туфельки

(no subject)

Всех, кому предстоит учиться, поздравляю с началом учебного года, а у нас официально все еще лето до 20 сентября :Р

Скоро начнутся мои курсы рисования, а я еще и заказ не могу никак доделать, почему-то страшно брать в руки кисти после такого перерыва. Вообще, многия знания, многие беды, вот не знала как рисовать, краски смешивать, малевала себе со спокойной душой. Теперь вот знаю и как-то не хочется не по-научному к холсту подходить)))

А еще я поставила себе целью воскресить свой френч и итальянский, ну как-то жалко их стало, горемычных, совсем про них забыла. Так что надо придумать какую-нибудь систему, но пока ни о чем таком не думается. Вот как практиковать прослушивание французского? Новости какие-то смотреть? У меня тут есть спецы по самостоятельному изучению языков, как вы это делаете? Завести себе мальчика-француза? или итальянца? )))

На работе, как всегда, когда пациентов много, дурдом полный, как я его люблю. Все куда-то спешат, чего-то хотят, куда-то звонят, отовсюду слышится то японский, прям анимешный такой, то арабский, коллега когда на нем говорит, кажется, что проклинает пациента, то китайский, а то я как заору на русском что-нибудь, потому что плохая связь, и все боятся ко мне подходить: думают, я сердитая. )))

Мне тут дали новенькую водить по предоперационным исследованиям, потом в операционный блок ее сводить, а девушка - полячка, то есть я со своими пациентами на русском, потом ей то же самое на испанском. Ох, я задолбалась. Но ее срочно надо учить, у нее скоро пациент. Когда я увидела, что она отворачивается, когда пациенту кровь брали, и пыталась выбежать из операционной, когда хирург повернулся к нам со скальпелем и провозгласил, что будет резать, я поняла, что все будет не так просто, как я думала.

А до этого анестезиолог словно решил сделать мое задание по боевому крещению новенькой невыполнимой миссией: моему пациенту 6 лет. Я ему трещала всю дорогу в операционную, что сейчас мы его будем тестировать на силу и храбрость и ему надо будет надуть шарик. Пациент готовился с серьезным лицом. Приезжаем, анестезиолог видит меня, радостно говорит:
- Исла! Ты все уже знаешь, давай-ка сама!
И вручает мне маску для, так сказать, усыпления пациентов. Я внутренне охреневаю, но понимаю, что если я сейчас при всем честном народе начну сопротивляться, то потеряю драгоценные секунды, пока мальчик не поймет, что его привезли в какое-то страшное место. Я показываю мальчику маску и шарик с нарисованным на нем мишкой (это маска для детей, поэтому такая симпатичная), и говорю:
- Вот, первое испытание, надуть шарик. Готов?
Пациент всегда готов. Я накладываю ему маску на лицо и командую:
- Дыши! Давай! Сильнее! Молодец!
А анестезиолог, посвистывая песенку, только на аппаратуре подачу газа контролирует. Малыш впадает в бессознательное состояние, тут уж мне помогают санитары и хирург: в момент, когда сознание отключается происходит фаза возбуждения, и пациент начинает бессознательно двигать руками и ногами. И потом анестезиолог перехватывает у меня маску и дальше уже сам ставит пациенту трубку.
- Молодец! - только и слышу я. А я в шоке. Я впервые своими руками пациента усыпила.
Мне потом хирург рассказал, что полячка смотрела на все это и испуганно спросила:
- Мы и это должны делать???!!!!!
На что хирург невозмутимо ответил:
- Нет, это может делать только Исла.
Он ужасно мной гордился. А я до вечера прийти в себя не могла. Ни фига себе! В следующий раз еще и резать заставят)))
А если честно, я горжусь, что смогла собраться и быстро все сделать, потому что с детьми работать очень интересно, но иногда они, бывает, пугаются, а потом, когда просыпаются, часто продолжают плакать или сопротивляться: запоминается последняя эмоция, я рада, что мой пациент не испугался и проснулся с гордостью, что надул шарик)))
красные туфельки

(no subject)

Про пластичность:

В операционной: хирург рассказывает анекдоты, санитары поют хором под блюз, исполняемый анестезиологом, переводчик читает про пластичность мозга. Пациент храпит. Рабочие будни.

На приеме: хирург пытает пациента, используя переводчика вместо манекена: "Где болит? тут? тут?", - спрашивает он, тыкая в разные места переводчика. "Вот тут!" - отвечает пациент, включившись в игру и тоже тыкая переводчика. Переводчик терпит, матерится про себя и переводит одновременно. Хвала пластичности мозга.
...

Про культурные различия:

- Какой у вас доктор игривый! - замечает пациентка.
Я спотыкаюсь на ровном месте.
- Что, простите?
- Доктор игривый. Кокетничал с вами весь прием.
Я с хохотом объясняю ей, что кокетства там ноль, просто здесь все друг другу улыбаются, а на приеме шутят, а не сидят с траурными лицами. (Ой, я молчу уж о хоровом пении в хирургическом зале. Это, наверно, вообще распутство!)

...

Про голод:
Хирург оперирует, я нависаю над ним сзади на специальной подставке. Он рассказывает, что видит и делает. Инструментист подает ему ножницы, скальпели. За занавесочкой, закрывающей от нас голову пациента, слышно, как напевает себе под нос анестезиолог.
- Сейчас я определяю расположение нервов с двух сторон, чтобы они не попались мне под руку, когда я буду резать... - говорит хирург.
В наступившей тишине предательски урчит мой живот.
Хирург, не меняя тона голоса:
- Нет, я не стану ничего вырезать для тебя, мы выпьем кофе и съедим что-нибудь после операции.
)))
на дороге анегелы

(no subject)

Вокруг столько событий, что я не успеваю записывать, впечатления зашкаливают. Хотела рассказать немного про то, как смешно просыпаются пациенты. Я насчитываю от трех до пяти-шести таких "просыпаний". Например:

Я: Как вы себя чувствуете?
П: Нормально. А когда будет операция?
Я: Операция уже прошла. Все хорошо. Вы сейчас просыпаетесь после анестезии.
П: Как здорово! Я даже не заметил, как уснул! А так нервничал!
Я: Вот видите, зря боялись. Что-нибудь болит?
П: Нет.
Я: Вам холодно?
П: Нет. (Дальше идет что-то вроде исповеди или воспоминаний или страданий пациента)

Внезапно он смотрит на меня и спрашивает:
П: А что мы так долго ждем? Когда операция?
Я: Операция уже прошла. Все хорошо. Вы сейчас просыпаетесь после анестезии.
П: Как здорово! Я даже не заметил, как уснул! А так нервничал!
Я: Вот видите, зря боялись. Что-нибудь болит?
П: Нет.
Я: Вам холодно?
П: Нет. (Дальше идет что-то вроде исповеди или воспоминаний или страданий пациента)

Потом он опять спрашивает:
П: А операция уже прошла?
Я: Да. Все хорошо. Вы сейчас просыпаетесь после анестезии.
П: Как здорово! Я даже не заметил, как уснул! А так нервничал!
Я: Вот видите, зря боялись. Что-нибудь болит?
П: Нет.
Я: Вам холодно?
П: Нет. (Дальше идет что-то вроде исповеди или воспоминаний или страданий пациента, но постепенно степень откровенности снижается)

А теперь поймите, что человек потом не помнит, как правило, ни один из этих разговоров, ему кажется, что очнулся он уже в палате, а не в реанимации. Но каждый раз, когда он снова идет по кругу, он в сознании, поэтому любая моя неадекватная реакция в виде гогота в ответ на пятый вопрос про операцию будет непонята. А самое интересное, что вопросы всегда одни и те же у одного человека. Например, ребенок будет каждый раз спрашивать, что это такое, показывая на капельницу. Или, например, человек первым делом будет интересоваться, где он.
охота летать

(no subject)

Кадр дня: моего пациента попросили вытащить вставные зубы (он молодой, но в детстве играл в хоккей). Вытащили. Вкололи ему успокоительное (действует как алкоголь примерно). Он поворачивается ко мне такой расслабленно-счастливый и спрашивает:

- Исла, а фто фы делаете в пятнифу вечером? Мофет посидим, поушинаем?

Как я там в конвульсиях от хохота по операционной не покатилась - до сих пор удивляюсь... Выдержка железная! :)
Девушка и кот. Рыжие

Исповедальня.

Наверно, надо мне надевать что-то вроде рясы, пациенты так любят исповедоваться, что порой хочется перекрестить их и простить все прегрешения. Обычно начинается это так: пациента вывозят из операционной, он или она просыпается, радуется, что все позади, терпеливо ждет отхода анастезии, и в этот момент вдруг начинает признаваться:
- Моя мама не знает, но первый мальчик у меня был раньше, чем она думает...
или
- Я тогда был глупым и не думал о последствиях...
Мне в этот момент просто хочется провалиться, поскольку чужие тайны меня не слишком привлекают.

А иногда пациенты горят желанием сказать последнее слово. Это когда их вот-вот усыпят, они уже на операционном столе, бежать некуда, и начинается:
- Помните, вы - настоящая женщина!
(Ну, предположим, что не надувная, это да. А вот как ты так уверенно мне об этом заявляешь, словно перед этим я тебе всю ночь доказывала свою аутентичность?)
- Все будет хорошо!
(ага! )
- Вы замечательная!
(я так понимаю, это они меня задабривают, чтобы я защищала их, пока они в отключке)
- Я забыл сказать!
(что именно - науке неизвестно, ибо пациент уснул)
- А вот еще была пара медведей, которые плясали. (?! в русском ресторане что ли?)
- А вечером я пойду купаться в море! (ага! так тебя и отпустили!)
- Доктор!!! Я в вас верю! Помните! (доктор с особым вдохновением резал :)))
- Вы прекрасная женщина! (ну да! особенно в хирургической маске бу-гага!!!)
- Хорошо тут у вас! (в Барселоне или в операционной?)

Я вишу за спиной хирурга, наблюдая за тем, как идет операция. Пациент просто фонтанирует кровью. Хирург мне:
- Исла, у тебя голова не кружится?
Я пребывала в задумчивости и поэтому рассеянно ответила правду:
- Да нет... я вот думаю, куда мы пойдем сегодня кушать?
Блин, как же они надо мной ржали. Чуть пациента не разбудили.
на пляже

Про них...

Не понимаю, что заставляет молодого парня, который только что через меня признавался врачу в импотенции и запорах пытаться со мной заигрывать. То ли меня воспринимают, как машину для перевода, которая делает все автоматически и не обдумывает реплики, либо я кажусь им наивной дурочкой, которая не станет обращать внимания на такие интересные детали, потому что будет рада, что за ней приударили... Вот хоть убей, но мужская логика мне не ясна.

Тут вот мы с анестезистом склонились в задумчивости над просыпающимся пациентом.
- Как вы себя чувствуете? - спрашиваю я.
- Рядом с вами как на небесах...
- Что он сказал? - спрашивает испанец-анестезист.
- Усыпите его обратно, - страшным шепотом прошу я.

Зато... всем матрешек надарили, а мне шкатулку палеховую. зато, когда видишь, что человеку лучше, фиг с ними, с этими заигрываниями и запорами! Что может быть прекрасней слов: "Я будто заново родился"? Наверно, фраза: "У меня вечером самолет" :)))